ENTIRE WORLD IS MY IMAGINATION AND FRAGILE AS A PIECE OF GLASS
Архив

По телу дрожью ходит,
Уколет в левый бок.
Божественных мелодий —
Струящийся поток.

Старинный манускрипт как
Все тайны раскрывал.
Вливалась в душу скрипка,
И вторил ей вокал.

Смычок скользил по струнам,
Сбивался и дрожал.
И подключались трубы
На нижних этажах.

Покрыт и утрамбован
Событий прежних лик.
Надрывный плач тромбона
Вдруг в тишине возник.

И гриф сжимали пальцы,
Пылилась канифоль.
В игру входили альты,
Усиливая боль.

Тоска былой разлуки,
В ней чьей-то нет вины.
И слух ласкали звуки
Натянутой струны.


Советы эти бесполезные,
Отговорить никто не смог.
Скользили будто бы по лезвию
Ступнями босых своих ног.

По полной — что там половина нам,
На меньшее и не пойдут.
По жизни как по полю минному
Уверенно вперёд идут.

Всегда работают локтями тут,
Второй не будет выдан шанс.
Между столбов канат натянутый —
Трудней поддерживать баланс.

Должны же вроде твердь прощупывать,
Рассчитывая каждый шаг.
Тельцу молиться — не кощунствовать,
Давно заложена душа.

Дороги эти полосатые,
Извечный чёрно-белый фон —
Приобретения с утратами
И бесконечный марафон.


Спасибо, мой далёкий друг,
С далёких берегов.
Когда сильней сжимался круг,
Я не был одинок.
В момент печали и забот
Протянута рука —
Как свет в пучине чёрных вод
Забрезжил маяка.
Когда узрел я подлый лик,
Как клялись горячо!
Во мраке силуэт возник,
Подставил мне плечо.
Хотя о чём я говорю?
О мирозданья тлен.
Одновременно быть в строю
И не вставать с колен.
Иметь в запасе пару лиц,
Менять их как перчатки,
Поклоны бить и падать ниц —
Теперь в вещей порядке.
Спасибо, мой далёкий друг,
Ты истинный герой:
Стоял, не опуская рук,
Ты за меня горой.


В благодатную почву зерно,
В глубину её чуть проросло.
Первый ход с карты был козырной,
Путь короткий до сердца, без слов.

Лепестки туго сжаты в бутон
Гениальных идей и амбиций,
И неписаный давит закон
Непонятных и чуждых традиций.

Не просили, не падали ниц.
Есть особенная благодать
В осознании пределов границ
И умении их нарушать.

Есть, наверное, в этом искусство,
Или просто уклад был таков —
Вытекать постоянно из русла,
Выходить из своих берегов.

Разрушая привычные рамки, —
Взгляд, смотрящий уверенно вдаль, —
Жертва шашки для выхода в дамки
На последнюю горизонталь.

Для кого-то — преграды и стены,
Для кого-то — подъём и полёт.
Кто-то ритм принимает системы,
Кто-то сам этот ритм создаёт.


Деталями характер не запятнан,
И не была конкретикой стезя,
Являлась в одеянии непонятном,
Таком, что сразу разгадать нельзя.

На первый шаг необходимо время,
Вперёд смотрящий им не пренебрёг.
А в поиске причин извечном племя
Осталось у развилки трёх дорог.

Сотрудничество — не его натура,
И у него открытость не в чести.
И в темноте расплывчата фигура,
Легко до ручки может довести.

Холодный пот по коже вниз струится,
И тени дорисовывает мозг.
Но тут один и тот же важен принцип —
Успеет тот, кого он взять не смог.

Нам нужен разогрев или раскачка —
И что потом на зеркало пенять?
Бежит карьером мимо нас удача,
Да так, что и подков не отыскать.

Своя рубаха ближе и дороже,
И на устах безмолвия печать.
Возможность в суете не всякий сможет
В неясности и страхе распознать.


Sometimes it comforts you to kill,
Like slowly boiling water.
The claim is such, that final bill
Eclipses every quota.

It kicked in slowly from within,
Yet nothing could be noticed.
No signs of it were to be seen,
Misleading was the surface.

It didn’t matter how hard,
Went on and kept on trying.
It had a quiet, silent start,
But silence was misguiding.

A single unexpected spark,
A thrust enough to fuse it.
And was all lit that had been dark,
The stillness was confusing.

And blessed art thou, had always been,
To read the indication.
Ability to catch the hint
Delivers the salvation.


Затеял необычный диалог,
Сквозь призму исторических событий.
Умом понять всё сразу бы не смог,
Пришел на помощь вдруг поток наитий.

Одна лишь только мысль о тебе —
Отрывки в голове звучат симфоний,
Подхваты перекатов на трубе,
Под звук которой мчатся в поле кони.

Им встречный ветер рот и ноздри рвет,
В узлы тугие заплетает гривы.
Фантазии безудержный полет,
Бескрайние для воплощения нивы.

Обратный начинается отсчет,
Под стать в степи вовсю бегущим коням,
Меня к предназначению ведет,
Я смысл которого пока не понял.

Но знаю точно: смысл тайный есть,
Иначе для чего нужны рассветы?
И в мыле кони, позабыли спесь,
Несут меня к мечте моей заветной.

Подать рукой до цели по прямой,
Как на ладони — негде там укрыться,
Затеял разговор я непростой,
В контексте исторических событий.